Точка отсчета - нагаевская культбаза...

/uploads/posts/2015-02/1423280076_kultbaza1.jpg



Прежде всего я благодарю редакцию газеты "Вечерний Магадан" за предложение принять участие в дискуссии, развернувшейся вокруг хронологической точки отсчета существования города Магадана.

Ревизия памятных дат, связанных со становлением Магадана как городского образования, на мой взгляд, процесс закономерный, поскольку является следствием повышенного внимания к тем сторонам жизни, которые прежде ускользали от взгляда как ученых, так и широкой общественности. Речь идет об истории событийной, которая обнаруживает себя через мнения и действия людей обычных, рядовых; прочитывается в локальных сюжетах и микросюжетах, в повседневных и бытовых ситуациях.

Не случайно в последние десятилетия интерес исследователей сместился от крупномасштабных полотен и официальной истории к истории "низовой", протекающей в повседневности, участниками которой являются обычные граждане.

Такому положению отвечают и сдвиги, происходящие в обществе - люди все более осознают себя субъектами истории, а не ее статистами, осмысляют свое место в окружающем историческом и культурном ландшафте. В свете такого подхода историческое прошлое не является некой застывшей, раз и навсегда определенной субстанцией, составленной из набора легитимных (на данный момент времени) дат, а напротив, содержит неиссякаемый потенциал самораскрытия.

Что касается конкретной обсуждаемой проблемы, то коллизия состоит в следующем: считать ли началом Магадана дату указа о присвоении ему статуса города или же правомерно рассматривать иные варианты, например, основание Восточно-Эвенской (Нагаевской) культбазы.

"Статусный" хронологический рубеж связан с историей официальной, протекающей в коридорах власти, а "культбазовский" открывает дорогу дисциплине скорее краеведческого характера, чувствительной к событиям на местах. Ни в коей мере не ставя под сомнение правомерность позиции, "привязанной" к официальному указу, я хочу показать резоны альтернативной точки зрения и те перспективы, которые она содержит.

Тот факт, что строительство Нагаевской культбазы положило начало городу Магадану, отрицать невозможно. Здесь мы имеем дело с совершенно очевидной и не нуждающейся в дополнительных доказательствах исторической непрерывностью и преемственностью. Именно поэтому апелляция к археологическим древностям как контраргумент самой идеи пересмотра является некорректной - поселения морских зверобоев, при всей их несомненной культурной и исторической значимости, никакого отношения к городской цивилизации не имеют, здесь нет исторической преемственности.
Далее, акция выбора места расположения Нагаевской культбазы является той исторической развилкой, "точкой бифуркации", которая предопределила локализацию, топографию и самоё имя будущего города. Если бы склоны безлюдной бухты не показались привлекательными культбазовцам в то время, наш город, вполне вероятно, мог бы располагаться в другом месте и носить иное название. Ретроспектива "альтернативной истории" (а такое направление существует в современной науке) разворачивает наше внимание к событиям действительно пограничным, судьбоносным, делает их как бы выпуклыми, яркими, и позволяет каждому ощутить незримую нить, связывающую нас с прошлым.

Выражаясь образно и даже несколько пафосно, можно сказать, что звон топоров в Нагаевской бухте возвестил о рождении нового города тогда, когда чернила, которыми подписали соответствующий указ, еще не были изготовлены.

Вообще грань, отделяющая "еще не город" от "уже города" настолько тонка, что провести ее со всей определенностью невозможно. Хорошо известно, что фактически Магадан признавали городским поселением задолго до указа 1939 года. Руководство Дальстроя признавало Магадан городским поселением уже в конце 1933 г. С августа 1935 года в официальных документах фигурируют пометы "г. Магадан" и "гор. Магадан".

Наконец, принятие обсуждаемого указа имело совершенно иную подоплеку, нежели констатация давно свершившегося факта перехода Магадана на положение города. Указ связан прежде всего с политическими процессами в верхах и борьбой за административное влияние в регионе, иначе говоря, с переделом власти. Придание Магадану статуса города служило весомым аргументом, подкреплявшим позиции одной из оппонирующих сторон. Все это хорошо показано в научных исследованиях, в частности, работах А. Г. Козлова и И. Д. Бацаева, к которым я и отсылаю интересующихся.

Таким образом, положение с датой "начала" Магадана далеко не столь однозначно, как это видится на первый взгляд. По крайней мере, позиция тех, кто предлагает рассматривать в качестве таковой события, связанные с Нагаевской культбазой, мне кажется заслуживающей самого серьезного внимания. Есть и еще одна сторона дела - событийная история поддерживается вещественными символами, воплощающими осязаемую связь времен.
Выдвижение на первый план "культбазовской" рубежной даты важно и правомерно в том отношении, что Магадан крайне скуден историческими памятниками, наглядными вехами его прошлого именно как города, поселения. Олень, мамонт - это все, конечно, интересно и колоритно, но это не имеет отношения к собственно истории города. А вот первый культбазовский домик, автобус, курсировавший между поселками Нагаево и Магадан, сама эта дорога, символически восстановленная "сквозь время и пространство", могли бы стать яркими атрибутами исторического прошлого нашего города.

Людмила ХАХОВСКАЯ,
кандидат исторических наук,
ведущий научный сотрудник СВКНИИ ДВО РАН.

Автор:  Людмила ХАХОВСКАЯ "Вечерний Магадан"