Новое

Время выходить в поле

/uploads/posts/2014-12/1418340379_zoloto1.jpg



Магаданская область входит в пятерку крупнейших золотодобывающих регионов России. Но для ее экономического будущего важно, чтобы рост добычи сопровождался ростом запасов.

Падение цены на полезные ископаемые не дает оснований для радужных надежд. Объединенная геологоразведочная компания, которая работает в Магаданской области с 2012 года, отмечает, что, несмотря на рост бурения в последние годы, большинство работ приходится на действующие предприятия. Поисковые работы «в чистом поле» практически сошли на нет. Генеральный директор «ОГК Групп» Анатолий Пак (на снимке) считает, что, поскольку в ближайшее время основной вклад в пополнение бюджета по-прежнему будут вносить отрасли, связанные с добычей сырья, пора позаботиться о ресурсном обеспечении нашего будущего.

- Уже больше года многие жители Магаданской области регулярно следят за ценой на золото, судьбой компаний, работающих в регионе. Союз золотопромышленников сообщает, что многие предприятия, чтобы удержаться на плаву, сокращают геологоразведку. Вы работаете со многими недропользователями. Заметны ли эти изменения?

- К сожалению, данная опасная тенденция появилась не в этом году. Поисковые работы заметно сократились. Если раньше 90 % работ «ОГК Групп» проводила в поле, то с 2013-го у нас всего три объекта по бурению на новых площадях. Компании ударились в добычу. Это происходит не только в Магаданской области, но и в России в целом. На действующих рудниках нам, конечно, удобнее работать: здесь обустроен быт, коммуникации. Но для страны это тревожный сигнал.

- Даже в сытые годы мы не слышали хороших новостей от геологоразведчиков. В последние годы ситуация ухудшилась?

- В советское время в геологоразведку шли серьезные инвестиции, и представители отрасли привыкли, что запасы есть. Мы забыли о геологии, почивали на лаврах. А сейчас практически все месторождения с понятными запасами разобраны. Да, остаются прогнозные запасы. Но что значит прогнозный запас? Это большие риски. Можно купить месторождение, потратить много средств на геологоразведку и из 100 тонн по прогнозам получить 5 тонн по запасам. К сожалению, рисковать готовы немногие. Восполнение минерально-сырьевой базы за счет частных заказчиков не происходило и не будет происходить. Эту функцию должно взять на себя государство.

- Готово ли государство взять эту работу на себя?

- Наше государство, надо отдать должное, наконец задумалось о проведении масштабной геологоразведочной работы. О том, чтобы сотни геологов, как в советское время, устремились в поле. Только теперь не с молотками и лотками, а вооруженные более современной техникой. Принята стратегия развития геологоразведочной отрасли до 2020 года, утвержден бюджет. Создана «Росгеология», которая будет делать основной упор на воспроизводство минерально-сырьевой базы.

Серьезные геологоразведочные усилия планируется сосредоточить на дальневосточных регионах, где находится большая часть полезных ископаемых. Здесь должны появляться новые месторождения, новые добывающие предприятия. За этим последуют освоение и развитие региона. Кто бы что ни говорил, мы все-таки сырьевая страна.

- Улучшается ли ситуация с кадрами, вернулись ли люди в геологоразведку?

- Вопрос с кадрами стоит по-прежнему остро. Сложно найти не только квалифицированных специалистов, но и рабочих, и водителей. Разрыв поколений сохраняется: есть пенсионеры и недавние выпускники. А вот прослойки - 30-летних - практически нет. При этом зарплата геолога в поле сейчас очень конкурентная. Надо просто вновь сделать профессию популярной.

- Технологии во всех отраслях сейчас шагают семимильными шагами. Насколько они изменились в геологоразведке?

- К сожалению, геологоразведка твердых полезных ископаемых (ТПИ) плетется в хвосте у разведки на углеводороды. У нефтяников другая выручка, соответственно, другие инвестиции в технологии, разработку нового оборудования. По сравнению с ТПИ это космос! На сегодняшний день нефтяники могут бурить - я преувеличиваю, но лишь слегка, - сидя за столом в офисе. Мы же пытаемся пока добиться не управления, а хотя бы элементарного контроля, чтобы он-лайн видеть, что происходит в поле на конкретной буровой: где она находится, какие у нее обороты, какая глубина.

Первый технологический прорыв в геологоразведке твердых полезных ископаемых был сделан только в 2000 году благодаря Министерству природных ресурсов, которое заменило советские буровые станки канадскими. Это дало серьезный толчок: частные недропользователи посмотрели, как работает эта техника, увидели качество и со временем стали заказывать только ее. Но на покупке новых станков мы и остановились. Геология с тех пор немного ушла вперед, но бурение осталось на том же уровне. Технологии есть, их не нужно придумывать, но из-за недостатка финансирования мы ими не пользуемся. Сейчас отрасли нужен новый технологический прорыв, и способствовать ему опять должно государство.

При этом не надо думать, что все сидят и ждут помощи государства, как у моря погоды. Сильная сторона «ОГК Групп», что в ней работают выходцы из нефтяной отрасли. И мы стремимся приблизить разведку на твердые полезные ископаемые к нефтяному сервису. Мы еще далеко отстаем от него, но планомерно работаем над тем, чтобы внедрять более высокие стандарты - от технологий до техники безопасности - на наших предприятиях.

Автор: Анастасия Обухова.

Автор:  Анастасия Обухова "Магаданская правда"